My new orthodox video / Youtubementary / Моё новое православное видео

Sergey Astahov is the nowadays Russia – patriotic and orthodox, bewitched by television, supermalls and laws against “propaganda of homosexuality”. Living in the outskirts of Moscow, in the labyrinth of faceless projects, Astahov absorbs this “Russian World” and expresses it in his intimate videos for YouTube. This film is made out of more than 6 hours and 200 videos shot by Sergey Astahov.

Сергий Астахов – это современная Россия, охваченная патриотизмом и православием. Здесь, на фоне вечного салата оливье перед телевизором, строят «самые большие» торговые центры и принимают законы против «пропаганды гомосексуализма». Обитая на окраине Москвы, в лабиринте безликих серых высоток, Астахов впитывает этот карикатурный «Русский мир» и выражает его, снимая очень искренние видео для YouTube. Данный фильм смонтирован из более 6 часов и 200 видео, снятых Сергеем Астаховым.

Книготорговцы против порнографии или почему пора выращивать авторские экосистемы

tumblr_ludmr5G1RR1qzl7fko1_400.gif

30% книг «для взрослых» в США – это ебуки. Учитывая, что рынок электронных книг во всех других странах, кроме Великобритании, находится в зачаточном состоянии (1-4%), это хороший показатель. Я, впрочем, хочу обратить внимание не столько на статистику, сколько но тот факт, что именно adult content активнее всех прочих жанров осваивает ебуки.

Порно-индустрия традиционно определяет судьбу медиа и решает исход войн форматов. Именно она стоит за успехом VHS и тем обстоятельством, что Blu Ray не стал новым CD. Притягивать сюда ebook, конечно, ещё рановато. Даже самый передовой формат электронных книг – epub3 – всё ещё не позволяет полноценно работать с мультимедиа и, следовательно, существенно ограничен в своих выразительных средствах. Однако ебуки обладают особым иммунитетом от цензуры, что является преимуществом в мире всё более регулируемой информации.

Упомянутые 30% можно считать дорожным знаком, указывающим на путь расширения наших информационных свобод. Камнем преткновения во всей этой истории является дистрибуция. Пользовательские соглашения частных компаний, которые владеют крупнейшими площадками распространения контента, запрещают не только секс-эппы (iTunes) или картинку с сиськами (Facebook), но и ебуки «про это».

После того, как среди электронных книг, продающихся в британском WH Smith, обнаружились самиздатовские сочинения про инцест, изнасилования и прочего рода скотоложство, этот магазин потушил свой официальный сайт, пообещав удалить все «отвратительные» книги раз и навсегда. Следом за WH Smith о чистке своих полок заявили американские гиганты Barnes & Noble и Amazon. Затем и Kobo «сжёг» тысячи «потенциально непристойных» книг. Британские таблоиды, тем временем, во всю раздрачивали слои населения: 

«На Amazon продаются сотни электронных книг, в которых торжествует смакование изнасилования с участием маленьких девочек»

Это цитата из статьи с кликабельным заголовком «Как Amazon зарабатывает на Kindle-разврате». Автор пишет, что в книгах «Папочкин невидимый гандон» и «Принудительное совращение девственниц» творится бог знает что. В частности, «аморальные акты». Книга «Анальный секс с моим приёмным отцом» получила следующую рецензию:

«Книга представляет собой больную фантазию насильника, описанную слишком подробным и совершенно неподобающим языком, чтобы цитировать её в нашем дружественном по отношению к семье издании».

Звучит, как «дайте две»! И вообще, могут ли книги с названием «Принуждение трахаться с папочкой в подгузниках» или «Дефлорация моей бессознательной сестрички» оказаться скучным чтивом? Вообще-то, да. Но интересно другое: всё это тексты – продукты чистого воображения. Тем не менее, Национальное Антикриминальное Агентство (NCA) считает, что они могут «питать фантазии педофилов». Иными словами, авторы и читатели подобных книг виновны в мыслепреступлении.

Как это часто бывает с порывами нравственности, в результате цензуры посыпались не только головы фантазирующих о «сексе с папочкой» домохозяек, но также и разного рода художников, независимых издателей, авторов «неоднозначных» произведений. Что примечательно, оные не стали солидаризироваться с порнографами, и ратовать за право взрослого человека на выбор – порнографии ли или просто «спорного искусства». Вместо этого они поспешили уверить палачей: мол, «вы не тем головы рубите – мы не дилдо», что, с одной стороны – правда, а с другой – невольно поддерживает моралистскую стигму в отношении такой здоровой вещи, как порнуха. 

Возникает вопрос: если я автор, который пишет романы про еблю детей инопланетной антенной – место моих книг в секс-шопах и на RedTube?  Я, конечно, не против, но, с другой стороны, сейчас же не Викторианская эпоха (вроде как), чтобы запрещать книги про письки. 

Ну а пока «общество не готово» разрешить себе пользоваться воображением без оглядки на золотистые церковные флюгера, нам остаётся только уходить от ванильных монополистов и создавать свои собственные площадки дистрибуции книжек про гробик, внутри которого – голый гномик. Между автором и аудиторией не должно остаться никаких посредников. Только так можно спасти контент от существования по воле народа, чьи чувства оскорблены по умолчанию.

Либо инди-авторы научатся выращивать полноценную экосистему вокруг своего контента, либо продолжат затыкаться по правилам консервативных компаний, которые превращают Сеть в помесь тюрьмы и детской площадки.

Indieconomy / Экономика инди-контента

tumblr_m0eosd7Q4Z1r3m4m0o1_1280.gif

Культура должна быть бесплатной. Как и просторные квартиры, хорошее образование, качественная медицина, яблочные пироги и прочие жизненно необходимые человеку вещи. Реальность, однако, такова, что ничего бесплатного не существует – даже если что-то достаётся тебе даром, тот, кто это «что-то» создал, вложил в производство свои ресурсы. 

Здорово, когда у автора есть под рукой свежеумершая бабушка, чьи золотые зубы можно время от времени толкать в ломбарде, а на выручаемые средства осуществлять замыслы и шедевры. Вот только у большинства авторов такой бабушки, к сожалению, нет. Да и сколько в той бабушке зубов? 

В итоге, авторам остаётся либо просить милостыни у государства (производителей шампуней, папы с мамой, любовников и т.д.), либо променять своё призвание на тление в кошмаре с понедельника по пятницу, либо делать какое-нибудь обречённое на успех говно для барбоса.

Авторы, работающие для людей образованных, оказываются в весьма стрёмном экзистенциальном положении: с одной стороны, против них работают полит-экономические машины, которые хотят, чтобы люди оставались тупыми и верили в бога, с другой – их собственные читатели требуют, чтобы альтернатива платной хуйне была бесплатной. Покупка чашки кофе, красивого шарфа или билета в кино не вызывает возражений у интеллектуалов, но стоит попросить $1 за текст, и они принимают тебя за жадную сволочь, которая без двух минут полощет хуй в шампанском на капоте Бентли. 

За те годы, что мы занимаемся созданием качественного и ни на кого не похожего медиа, вокруг нас собрались десятки тысяч людей со всего мира, но наш лендлорд по-прежнему не хочет принимать оплату ренты в лайках. Луч существует сугубо на наши личные средства. Мы пробовали собирать пожертвования – босый хуй. Мы привлекали инвесторов, но Вероника Мозер, проясняющая со страниц Луча вкусовые особенности экскрементов, как-то не похожа на следующий «инстаграм». 

Финансовая участность читателей является условием выживания инди-медиа. Благодаря тому, что вы покупаете файлы, мы, к примеру, можем ежемесячно арендовать сервер. 

Несмотря на то, что на Луче есть платный контент, мы не станем мешать кому-либо распространять его бесплатно. Более того, мы даже запустили собственный канал на The Pirate Bay – в том числе для того, чтобы делиться платными файлами с неплатежеспособными читателями. 

Однако если мы, рано или поздно, не создадим новую экономику для умного контента; если идея оплаты интеллектуального труда продолжит подавляться совковой моралью – на информационном рынке так и продолжат царить скандалы, интриги, расследования. Вместо того, чтобы заниматься своим делом, инди-авторы будут вынуждены тихо утекать в мудацкие области жизнедеятельности.

Мы не бизнесмены, но авторы, рассчитывающие на понимание тех, кому нужен Луч: покупая файлы, вы поддерживаете и нас, и дальнейшее производство информации для вас.

African Manga by Free Uganda Critical Media

«Free Uganda Critical Media is an Autonomous Leftist Non-profit Organisation. Our objective is to use alternative media to communicate the plight of our people to the entire world and also build a self confidence of African people. We also use media to help deprived and marginalised communities develop both socially and economically».

«Free Uganda Critical Media – это автономная неприбыльная левая организация. Мы используем альтернативные медиа, чтобы рассказать миру о наших людях и помочь африканцам обрести уверенность в себе. Кроме того, мы способствуем социо-экономическому развитию маргинализированных сообществ».

Russia Is Gay / Россия – гомосексуальна

It’s weird that Rucka Rucka Ali’s legendary meme hasn't got a new life after Russia's passing the law against “propaganda of homosexuality”.

Странно, что в связи с законом о запрете пропаганды гомосексуализма древний гег от Rucka Rucka Ali не стал новым гимном России.

[Chorus]

Ru- ru- ru- ru- Russia is gay
Russia's gay
In it everyone has aids
& they all got it from butt sex
Their president finger bangs them little kids

[Verse 1]

I, wait so long in the snow
For one little piece of bread (of bread)
& I have been drunk since I was born
& I keep Mongolians in a cage
I'm poor
I sold my child for a sip of vodka
My wife is named Svetlana Borshtynskovskiska
At my space station, we tried to send a cardboardbox up into the sky

[Hook]

When the wall came down
& them Russians rushed out,
It was a day when freedom won
If mister Putin wants to invade Georgia
We'll be waitin' here with guns (I live in atlanta)

[Chorus]

Russia's gay
They suck a lot of long dicks on the internet
Russia's gay
They like to touch on young boys a little bit
Russia's gay
In it everyone has aids
& they all got it from buttsecks
Ru- ru- ru- ru- Russia is gay

[Verse 2]

I, eat sour dough, it no good
I have never seen a real black man (black man)
& I, have ten kids, I can't feed
I hope we fight a nuclear war (da)
I hope I eat a piece of fish for dinner
We have a wall to keep my people in here
The KGB, arresting me, cause they catch me
Touching myself

[Hook]

Tell the troops right now
Time to bomb Moscow
Fun time & games are done
We should kill them Ruskis
& take their land
Cause it's far from Mexico
This one's for 9/11

[Chorus]

Russia's gay
It looks like candyland
& the palace is, plastic
They wear those dumb fucked up hats
With fur on it
Russia's gay
In it everyone has aids
& they all got it
From butt sex
Ru- ru- ru- ru- Russia is gay

[Verse 3]

Hey let me tell ya right now
Them russians ain't gonna take Vietnam
Not without me in charge
I got a mail order bride
Came here in a box from Petersburg
She left her fuckin' kid to starve
Hey mister Obama
Get your club & go
Have a word with Medvedev
Get him good in the chest
& tell mister Ching Chang Chong
If he wants to get involved
All your missiles
Won't add inches to your penis

[Hook]

When the wall came down
& them Russians rushed out
It was a day when freedom won
But then when David Hasselhoff
Started singin' on cars
They were puttin' the wall back up
Cause baby Russia's fuckin'gay

[Chorus]

Russia's gay
In it everyone has aids
& they all got it from butt sex
Ru- ru- ru- ru- Russia is gay
Russia's gay
In it everyone has aids
& they all got it from butt sex
Ru- ru- ru- ru- Russia is gay

 

[Припев]

Россия – гомосексуальна 
У всех там СПИД, 
И у всех он из-за секса в жопу
Их президент ебёт пальцами 
маленьких детей

[Первый куплет]

Я так долго ждал в снегу кусочек хлеба
Я бухой от рождения
Я держу монголов в клетке
Я бедный
Я продал своего ребёнка за глоточек водки 
Мою жену зовут Светлана Борштинсковскиска
На нашей космической станции 
мы пытались отправить в небо картонную коробку

[Полу-припев]

Когда пала стена
Русские разбежались
Это был день, когда свобода победила
И если Путин собирается напасть на Джорджию
Мы будем ждать его с пушками (Я живу в Атланте) 

[Припев]

Россия – гомосексуальна 
Они сосут кучу длинных членов в интернете
Они любят слегка потрогать маленьких мальчиков
Россия – гомосексуальна
У всех там СПИД, 
И у всех он из-за секса в жопу
Россия – гомосексуальна 

[Второй куплет]

Я ем кислое тесто, на вкус – не очень
Я никогда не видел настоящего негра
У меня десяток детей, которых я не могу прокормить
Надеюсь, мы поучаствуем в ядерной войне, да!
Надеюсь, я съем на ужин кусок рыбы
У нас есть стена, чтобы удерживать наших здесь
Меня арестовало КГБ, узнав, что я трогаю себя

[Пре-припев]

Скажите войскам прямо сейчас
Время бомбить Москву
Веселью и играм конец
Мы должны завалить этих русских 
И забрать их земли
Потому что они далеко от Мексики
Это вам за 11-е сентября

[Припев]

Россия – гомосексуальна 
Она похожа на страну конфет
И дворцы из пластмассы
И они носят эти дурацкие меховые шапки
Россия – гомосексуальна
У всех там СПИД,
И у всех он из-за секса в жопу
Россия – гомосексуальна 

[Третий куплет]

Вот что я вам скажу
Россия не захватит Вьетнам
Только под моим руководством
Я заказал себе невесту по почте
Прислали из Петербурга в коробке
Она оставила своих чертовых детей голодать
Эй, мистер Обама!
Хватай свою дубинку – и вперед
Поговори с Медведевым
Вмажь ему хорошенько прямо в грудь
И скажи мистеру Чинг Чанг Чонгу,
если он тоже напрашивается:
Все твои ракеты
не сделают твой пенис длиннее

[Пре-припев]

Когда пала стена
Русские разбежались
Это был день, когда свобода победила
Но когда Дэвид Хассельхофф 
Начал петь, стоя на машинах
Русские вернули стену на место
Потому что, детка, Россия – гомосексуальна

[Припев]

Россия – гомосексуальна 
У всех там СПИД, 
И у всех он из-за секса в жопу
Россия – гомосексуальна
Россия – гомосексуальна 
У всех там СПИД, 
И у всех он из-за секса в жопу
Россия – гомосексуальна

 

Public Sterility / Общественная стерильность

tumblr_mrp0utfvPM1rx79a8o1_500.png

From the very beginning Facebook, compared to other Internet public spaces, has been conceived as a cozy place. We were provided with the means of keeping our comfort zones online: Facebook lacked dislike buttons, you could easily block and report stalkers, and clean out the hate speech from under your posts. In fact, it did not feel like a public space at all: most of us were hiding behind the friends-only privacy settings, as if we were having a never-ending home party.

Now it is truly public. We have been coaxed to use Facebook as a tool for earning social capital and for this reason we keep our doors wide open for all kind of strangers to wander in. Idealistically, this change may seem as a step towards a more connected world, where people know and understand each other better. And if something goes wrong, we still retain all the Facebook features to keep us psychologically safe, right? 

However, there is something disquieting in Facebook’s reality today, and it is growing. These wanderers, the others, they do not come to know us. They come to judge. 

Salman Rushdie knows how modern cultural integration works. Soon after he introduced Muslim readers to a genre of magical realism he was sentenced to death by Ayatollah Khomeini, the spiritual leader of Iran, thousands of copies of his book were burned, and Rushdie has been living under the state protection ever since. Recently he has made an interesting claim.

"I do think that one of the characteristics of our age is the growth of this culture of offendedness. It has to do with the rise of identity politics, where you're invited to define your identity quite narrowly – you know, Western, Islamic, whatever it might be. […] Classically, we have defined ourselves by the things we love. By the place which is our home, by our family, by our friends. But in this age we're asked to define ourselves by hate. That what defines you is what pisses you off. And if nothing pisses you off, who are you?"

So, these wanderers — they come not only to judge, but to get offended. And they bear arms: all these tools Facebook provides its users with to keep the public space decent and safe. But the public space is shared, and each one of a billion users who is on guard of it, acts upon one’s personal criteria of what is acceptable and what is not. By design Facebook is biased in favour of the offended, and it does not take an effort to imagine where it all leads.

At the extreme, where public space is cleaned of anything that could possibly insult somebody, there is nothing. An empty place, yet perfectly sterile. Put differently, it is impossible for everyone to keep in public their private comfort zones — exactly because there are others. And a society that is absolutely committed to this goal will eventually forbid everything. But will it feel like comfort then?

В отличие от прочих общественных мест Сети, Facebook изначально задумывался, как уютное гнёздышко. Тут тебе сразу выдают все средства для поддержания зоны комфорта: никаких кнопок «дислайк», ты можешь пожаловаться на всё плохое и обидное, удалить неприятные комментарии, захайдить и даже заблокировать любого несимпатичного тебе человека.

Сегодня Facebook общественней некуда. Мы добываем им свой социальный капитал и потому стараемся держать двери наших профайлов открытыми для любых незнакомцев. Если размышлять идеалистически, это объединяет мир, помогает людям находить и лучше понимать друг друга. Ну а если что-то пойдёт не так, у нас всегда есть фичи, сохраняющие нас в добром психологическом здравии, не так ли?   

Сегодня, однако, в реальности Facebook разверзается нечто настораживающее. Все эти незнакомцы и забредатели, все эти разные другие, – они приходят к нам не для того, чтобы узнать нас, но для того, чтобы судить. 

Салман Рушди не понаслышке знаком с последствиями культурной интеграции. Вскоре после того как он открыл мусульманскому читателю жанр магического реализма духовный лидер Ирана Аятолла Хомейни приговорил его к смерти, тысячи копий его книги «Сатанинские стихи» были сожжены, а сам Рушди живёт с тех пор в Британии, которая предоставила ему политическое убежище. Недавно он сделал интересное заявление:

«Одной из характеристик нашего времени является культура оскорблённости. Эта культура возникла из растущей потребности людей в политической самоидентификации, когда ты определяешь себя достаточно строго и однозначно – западный человек, человек верный Исламу и т.д. […] Раньше мы идентифицировали себя посредством того, что мы любим. Через место, где наш дом, через семью, через друзей. Сегодня же мы идентифицируем себя с помощью ненависти. То, что тебя злит, определяет тебя. И если тебя ничего не злит, то кто же ты вообще такой?».

Таким образом, забредшие в наши профайлы незнакомцы – они приходят не только судить, но и оскорбляться. И вооружены они как раз всеми теми средствами, которые Facebook предоставляет, чтобы оставаться приличным и безопасным общественным местом. Проблема в том, что это общественное место принадлежит всем, а охраняет его – каждый из миллиарда пользователей, руководствуясь при этом своими субъективными представлениями о дозволенном. Facebook так спроектирован, чтобы служить в первую очередь обиженным, и даже не пытается понять, чем это чревато.

В общественном месте, избавленном от всего, что может кого-то обидеть, нет вообще ничего. Это просто пустое пространство. Но зато здесь безопасно. Иными словами, твоя личная зона комфорта не может стать общественной, поскольку рядом всегда есть другие. Общество, которое пытается быть комфортным для всех, может достичь своей цели только запретив всё на свете. Однако будет ли это комфортно?

 

This Chicken Is Gonna Die / Эта курица умрёт

Recently we showed how to twerk no matter cop. But the West Indian community is just a part of Crown Heights. Another part of it is Chabad-Lubavitch – Hasidic Jews, who don’t like strangers and live in a very closed and conservative community with their own police and ambulance. When you enter their neighborhood everyone stares at you, and if you ask anyone about anything – they would “don’t speak English” or just ignore you. Anyway, we'd decided to document one of the most interesting events there – the ritual of Kapparculturet, when all that stylish cowboy-looking Jews gather on a streets in a middle of the night and sacrifice chickens to get rid of their [Jewish's, not chicken's] sins. All of it happens till dawn. There were not much medias present, and we were probably the only ones who dive in inside. Some of the Jews were kind enough to let us in, but most of them were encircling us, threatening with “crazy gates of Jerusalem” and blocking our cameras. The bottom line is – we did it, so check it out.

Недавно мы показывали, как висят у нас на районе выходцы с карибских островов. Но они – это только половина Краун Хайтс. Другая половина – любавичские хасиды. Они не любят чужаков – у них очень консервативное и закрытое сообщество: своя полиция и скорая помощь. Когда ты заходишь к ним в район – все на тебя смотрят, а если спросишь что – утверждают, что не говорят по-английски, ну или просто отворачиваются. Несмотря на это, мы всё равно решились задокументировать одно из самых невероятных событий, которое нам доводилось видеть – ритуал Капарот, в рамках которого евреи собираются на улицах и начинают искупать грехи, принося в жертву кур. Всё это происходит глубокой ночью, и продолжается до утра. Во время ритуала журналисты боятся заходить внутрь толпы, и приближаться к стойкам для резни. Мы были единственными, кто остался на ночь и нырнул в самое сердце происходящего. Нам удалось наладить контакт с парой хасидов, остальные же нас всё время окружали, закрывали нам камеры и угрожали рукоприкладством. Но мы всё равно сняли свой фильм.

Ульянов / Цензура и файл-паблишинг

Как файл-паблишинг помогает бороться с цензурой?

Видео записано для круглого стола «Существование критики в современных медиа-формах и использование видео, блогов и других средств, адекватных времени, для привлечения аудитории» в Школе литературной критики и журналистики «Контекст» на Форуме Издателей во Львове.